Во-первых, сама присяга военнослужащего – это не что иное, как клятва (по украински “клясться” – “присягати”). Но клятва на верность кому или чему? Государству. Что такое государство? Это часть политической системы, существование которой хотя и допущено Богом (и именно поэтому имеет место заповедь из Римлянам 13:1), но потенциально власть над существующими государствами (“царствами”) принадлежит не Богу. Кому же тогда? Ответ находится в Луки 4:6. Как видно из этого текста, Сатана утверждал перед о том, что “власть … предана мне, и я, кому хочу, даю её”. Насколько, в связи с этим, христианину правомочно принимать присягу в свете записанного в Матфея 4:10 (“Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи”)?
Далее, можно попытаться представить себе следующую ситуацию. Два военнослужащих христианина, принадлежащих к противоборствующим армиям, защищая интересы своих государств, встречаются на поле битвы, что называется лицом к лицу. Как они должны поступить, осознавая свой долг перед государством в данной ими клятве отстаивать его интересы, “не щадя свой жизни” (именно такие слова присутствовали в тексте присяги в Советской Армии)? Смогут ли они в этой ситуации следовать признаку истинных христиан из Иоанна 13:35 (“По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою”)? Подумайте, в свете Луки 4:6, кто вообще инициирует войны, несущие смерть и страдания людям? Кто является “человекоубийцей от начала”? Как может христианин участвовать в боевых действиях и прямо либо косвенно содействовать убийству других, если “источник жизни” у Бога (Псалом 35:10)?
